Он изучает флору Казахстанского Алтая, пишет книги и научные статьи. И только недавно — стало подводить зрение — перестал ездить в экспедиции.
Примечательно, что докторскую степень Котухов так и не получил — не до того было пытливому исследователю. Зато по его флористическим исследованиям в горах Западного, Южного, Колбинского Алтая, Сауро-Манрака и в Зайсанской котловине был составлен кадастр и проведена инвентаризация растительного мира тех мест. Выявлены и включены в Красную книгу растения, которые нуждаются в защите. Ещё несколько лет назад походный быт, комарье, болота и непролазные кручи были частью жизни Юрия Андреевича. И откуда пошла мода называть всяких хлюпиков ботаниками? Учёный — супермен, не иначе!
Главное направление, по которому всю жизнь работает кандидат биологических наук Котухов, — интродукция и акклиматизация полезной флоры Восточного Казахстана. Это когда растения из естественной среды обитания, где им стало — чаще по вине человека — неуютно, переносят в условия, где их будут поддерживать. Таких переселенцев в Алтайском ботаническом саду, где он работает с 1955 года, набралось уже больше трёх тысяч видов, форм и образцов. Некоторые стали использовать в озеленении городов, другие — как кормовую базу.
— У Юрия Андреевича лёгкие, золотые руки — растения бывает трудно сохранить вне их естественной среды, — подмечают коллеги. — Его коллекции растений в Алтайском ботаническом саду считаются лучшими в стране.
Правда, мало кто знает, что в этот же Ботанический сад ещё мальчишкой Юра Котухов входил вовсе не с главного входа: ватаги пацанов совершали налёты на местные яблони. И уж очень символично, что родились и человек, и сад, которому он посвятил жизнь, в одном месяце — в январе 1935-го!
***
О квартире, в которой живёт Котухов, тоже ходят легенды — у себя дома учёный развел коллекцию орхидей и тропических папоротников. И не скажешь даже, что это комната в обычной риддерской трешке. Полное погружение в тропики! Труд колоссальный. Словно мало ему работы в дикой природе и в Ботсаду!
А ещё живёт у Юрия Андреевича просто немыслимое для городской квартиры количество птиц — декоративных и диких, певчих и крикливых. Ещё в молодости он разрывался в выборе между орнитологией и ботаникой. Выбрать-то он выбрал, но любовь к пернатым не прошла. Теперь несут Котухову подранков со всего Риддера — знают, что вылечит.
Орнитологи и бердвотчеры всего Казахстана считают Котухова легендой — останавливаются у гостеприимного хозяина во время своих экспедиций, интересуются его экспертным мнением и привозят ему пичуг, которые в неволе размножаются неохотно. А у Юрия Андреевича они становятся многодетными родителями. Была даже забавная история: привезенного ему в подарок какаду из Таиланда, болтавшего исключительно на тайском, учёный обучил русским и казахским фразам.
***
А ведь жизни в науке могло и не случиться — так как в школе Котухов изучал немецкий, а не английский, путь ему был открыт только в сельхозинститут. Да и поступил он в него поздно —
почти в 25 лет. Позже перевелся в КазГУ на биофак, поражая преподавателей тем, что знал названия растений на латыни. А все потому, что он ещё в молодости начал водить экспедиции приезжих учёных. Знал места и язык — с чабанами перекинуться новостями и шуткой на казахском да послушать белобородых стариков о травках-муравках.
Накопленные народом наблюдения учёный всегда считал интересными и важными и своими знаниями делился с коллегами из смежных областей. Тут ботаники оказываются всемогущими: могут определить, где из земли воду добыть без особых усилий — подскажет чий блестящий. А волчник алтайский служит индикатором, что рядом есть золотая жила. Но это секретная информация.
— Человек он юморной. Практически все, кто пересекался с ним по жизни и работе, становились героями забавных четверостиший Юрия Андреевича. А что? В экспедиции, как в космосе, люди рядом сутками напролет, и приходится коммуницировать с пользой для всех, — рассказывает учёный-ботаник Анна ИВАЩЕНКО.
— А меня поразил один случай: мы заметили стожок сена, который заготавливает для себя местная пищуха. Другой бы мимо прошел, а Юрий Андреевич тут же определил более 70 разных трав и цветов, грибы, мхи. А по дороге в лагерь по голосу определил птиц, — восхищается старший научный сотрудник отдела науки Западно-Алтайского государственного природного заповедника Наталья ПРЕМИНА.
***
Живёт учёный один — так сложилось. Коллеги-мужчины обходят эту часть его биографии стороной, а женщины сложили легенду, что большая любовь в его жизни все же была. Однако его квартира не пустует никогда — приходят воспитанники из мира науки, последователи, коллеги из разных сфер, путешественники. Школьники идут к Юрию Андреевичу, как в юннатский кружок. В одной комнате свиристят птицы, в другой дышат тайной тропики, в третьей сотни книжных корешков. Хозяин собрал ценнейшую коллекцию книг: бери читай, но непременно верни экземпляр — он тебе же пригодится!
Сам же он человек скромный и в быту неприхотливый, хотя и хозяйственный. Как минимум трое его коллег рассказали мне об авторских рецептах солений и варений от Котухова — пальчики оближешь. А какую вкуснятину в экспедициях готовили!
— Всё-таки по статусу и опыту Юрий Андреевич уже шеф-повар — сам не готовил, а нам подсказывал. Никакой походной еды на скорую руку! Однажды мы варили борщ. Но это ещё полбеды. В другой раз под дождем — благо в корнях вековых сосен нашлись сухие дрова — месили тесто и жарили пирожки, — смеется ученик Котухова, заведующий лабораторией интродукции цветочно-декоративных растений открытого грунта Института ботаники и фитоинтродукции Ескендир САТЕКОВ. — Чем, конечно, поразили коллегу из Америки Дженифер ЛАЙМ. Она сначала удивилась: разве это походная еда? А потом призналась, что с пирожками знакома благодаря самоучителю русского — книга, изданная в 1990-х, рассказывала, как брат и сестра готовили их и продавали на вокзале. Но о том, что попробует пироги в экспедиции, она и не мечтала. Позже Дженифер, Юрий Андреевич и учёный-ботаник из Алматы Анна Иващенко издали очень подробную книгу о флоре Алтая.
***
Будучи пытливым человеком, Котухов не пугается сложных проектов: бывает, что спасенные в неволе растения на родной полянке и вовсе перевелись. Тогда учёные стараются своими силами восстановить утраченное равновесие, вернуть виды в природу, то есть проводят реинтродукцию. Юрий Андреевич разработал оптимальные варианты для этого. Как минимум девять видов растений вернулись в родные пенаты. Например, пион уклоняющийся или ирис Людвига.
В полевых экспедициях Юрий Андреевич собрал гербарий более чем из 70 тысяч листов — их хранят и изучают теперь учёные Казахстана и России. Влюбленный в родной край, он описал более 60 новых для науки видов растений и нашел более 200 новых для флоры Казахстана. Его именем названы уже три вида растений. Этой весной описали ещё два вида мытников на территории Восточного Казахстана. Один из них — Pedicularis Kotuhovii — назван в честь Юрия Андреевича.
Юлия ЗЕНГ, Алматы